В сердце бескрайних пустынь раскинулся грандиозный бархан, состоящий из миллионов песчинок, каждая из которых была неотъемлемой частью этого величественного образования. Большинство из песчинок оставались в свойственном им равновесии, опасаясь чем-либо нарушить покой своего окружения.
Однако среди них выделялась одна песчинка, которую терзали сомнения. Она постоянно задавала себе вопросы, тревожившие её: «Не слишком ли я яркая? Не причиню ли беспокойство своим соседям? Не вызову ли ненароком бурю?»
С каждым днем она старалась становиться менее заметной. Присаживалась ниже, пряталась в тени, сглаживала свои углы. Обучилась молчать, когда хотела высказаться, и улыбаться, когда чувствовала боль. Она убеждала себя, что так будет правильно: «Так я сохраняю гармонию».
Вдруг налетела буря
Однажды ветер, сначала невзначай, потом с нарастающей силой, стал поднимать песок. Песчинка в ужасе подумала: «Это из-за меня! Я чем-то прогневала пустыню!» В страхе она вжалась в песок, стремясь стать еще более незаметной. Но ветер становился всё сильнее, и разразилась песчаная буря. Бархан зашевелился, и песчинки закружились в невообразимом танце.
В вихре бедствия песчинка столкнулась с соседкой. «Прости!» — закричала она, — «Это я виновата, я нарушила равновесие!» На что соседка ответила: «Глупости! Ветер пришёл извне. Мы лишь песчинки и не управляем бурей».
«Но я думала, что должна быть осторожнее...» — начала песчинка. «А я считаю, что могу быть собой», — перебила её собеседница. — «И знаешь что? Бархан не рассыпался, мир не рухнул».
Обретая уверенность
Когда буря утихла, бархан изменился, но остался таким же величественным. Песчинка, долгое время боявшаяся своей яркости, огляделась и заметила несколько удивительных вещей:
- её яркость не ослепила окружающих;
- её голос не нарушал тишину;
- её подлинность не привела к катастрофе.
С этого момента песчинка перестала бояться быть собой. Она позволила себе энергию быть иногда яркой, иногда тихой, иногда упрямой. И в этом расправилась с ужасами, а заодно узнала, что бархан только выиграл от её подлинности, став ещё прекраснее благодаря каждому индивидуальному блеску.
